Facebook Twitter RSS
formats

Растущие аппетиты. Можно ли грабить сломанную экономику

Экономическая ситуация в России продолжает ухудшаться, подтверждая наши прежние прогнозы. На прошлой неделе министр финансов заявил о неизбежности снижения расходов бюджета в 2016 г., руководитель Банка России посоветовала не зацикливаться на курсе доллара, а Bank of America методично посчитал, что при сохранении нынешних цен на нефть и стоимости доллара дефицит федерального бюджета составит не менее 5% ВВП. Каким мог бы быть ответ на происходящее?

В начале 2000-х годов Владимир Путин и его экономические советники сделали единственно правильный выбор: пошли на снижение налогов и на определённую хозяйственную либерализацию – и добились известного всем итога. Экономика росла в среднем на 6,9% в год с 2000 по 2008-й, вплоть до глобального финансового кризиса.

В бурю лучше убирать паруса


Напомню: в 2001 г. доходы федерального бюджета составили 15,6% ВВП. Однако впоследствие аппетиты государства и пресловутой «властной вертикали» стали расти – и в 2014 г. доходы бюджета выросли до 20,4% ВВП, а экономический рост остановился. Причина понятна: «выбивая» из экономики лишний 1% ВВП в виде бюджетных доходов, государство ограничивает инициативу бизнеса в куда большей степени. Предприниматели не стремятся инвестировать в расширение своих производств, понимая, что всё большая часть доходов будет у них отнята – через налоги, платежи за землю, поборы на торговлю, и т.д.

Ещё важнее тот факт, что собранные налоги используются неэффективно. Они вкладываются в оборону и безопасность, что представляет чистый вычет из общественного благосостояния, а подчас и наносит экономике (как деятельность правоохранителей) прямой ущерб. Всё это значит, что сократив ВВП на 1,5–2%, чтобы собрать 1% налогов, власть продуктивно реинвестирует в экономику 0,6–0,7% ВВП. Повышение налоговой нагрузки, которое стало сейчас «национальным спортом» – прямой удар по экономическому росту, который в итоге убивает его, причём весьма эффективно.


Любой яхтсмен знает, что если начинается буря, самый правильный выход – убрать часть парусов и ослабить оставшиеся. Что-то подобное можно предложить и в экономике. Гораздо проще сократить налоги и обязательства, дав возможность предпринимателям больше инвестировать и нанимать работников, перекладывая социальные обязательства на бизнес, чем повышать налоги и пытаться заткнуть разрастающиеся дыры. Тем более не нужно мешать бизнесу работать, усиливая регулирование и ограничивая его свободу выбора. В моменты кризиса политика должна на время потесниться, дав экономике возможность прийти в себя.
Яхтсмен знает, если начинается буря, надо убрать часть парусов и ослабить оставшиеся. Что-то подобное работает и в экономике

К сожалению, вся логика созданного Владимиром Путиным – особенно после возвращения его в Кремль в 2012 г. – государства требует обратного. Воспринимая мир и страну политически, нынешние российские руководители считают, что сокращение доходов бюджета является не объективным результатом хозяйственных перемен, а следствием злонамеренного поведения бизнеса, которому нужно противостоять. Именно поэтому ответом на сокращение доходов выступает не сокращение расходов или отмена бессмысленных программ, а попытка «выдавить» из экономики больше денег, не заботясь о том, как она будет чувствовать себя в будущем.

Иллюзия чрезвычайщины


Именно этот курс я называю «мобилизационной экономикой», проявления которой сегодня видны практически повсюду.

Во-первых, это введение дополнительных налогов и сборов (или повышение существующих), происходящее практически каждую неделю. Между тем, даже официально прогнозируемые доходы бюджета-2016 в размере 13,58 трлн рублей могут оказаться ниже доходов текущего года (а с учётом продолжения падения цен на нефть – существенно ниже).

Это означает, что в новых условиях повышение налогов не сможет сбалансировать бюджет, но при этом практически наверняка прибавит несколько процентов к экономическому спаду. Когда же правительство начнёт сокращать расходы (думаю, в 2017 г. это всё же придётся сделать), «реанимировать» многие бизнесы будет уже поздно.

Во-вторых, это радикальные шаги по введению разного рода запретов – как чисто внутренних, так и внешних. При этом такие запреты касаются в первую очередь рыночных секторов экономики, ориентированных на конечного потребителя. И почти никогда – приближенных к государству компаний.

«Контрсанкции» против Европы или Турции касаются запрета на ввоз из этих стран продуктов или комплектующих, что подрывает многие отрасли экономики и разгоняет инфляцию, но не предполагают, например, ограничения поставок российского газа, что было бы намного менее заметно для отечественного бизнеса и выглядело бы куда логичнее.

Когда же правительство начнёт сокращать расходы, «реанимировать» многие бизнесы будет уже поздно

В-третьих, это последовательный подрыв отдельных отраслей экономики под предлогом то защиты национальной безопасности, то разного рода реформ. Сюда можно отнести прекращение полётов в Египет и Турцию, которое ударило по авиационному транспорту и туристическому бизнесу, или дезорганизацию автомобильного транспорта вследствие введения «Платона». В каждом из этих случаев правительство создаёт иллюзию чрезвычайщины, пытается представить дело так, что любое сопротивление избранному курсу представляет собой провокацию, а за ней, разумеется, стоят враждебные стране внешние силы. Мобилизация, таким образом, выглядит всё более безальтернативной.

Мобилизационное рвение


Однако проблема не ограничивается тем, что экономике наносятся новые и новые удары. Мобилизационная экономика имеет свою логику, которая часто заводит и без того непростую ситуацию в тупик. Ее основная особенность – полное пренебрежение к эффективности (которая и так никогда не была сильной стороной российской экономики).

В рамках нового подхода государство придерживается позиции, согласно которой достигнутый результат (неважно, какого качества) оправдывает любые понесённые расходы (неважно, насколько значительные) и позволяет нарушать любые правила (неважно, сколь фундаментальные). Можно вспомнить самую простую историю: эвакуацию российских туристов из Египта после катастрофы пассажирского самолета компании «Когалымавиа». У всех отдыхавших были обратные билеты – и властям стоило бы позаботиться только о дополнительной проверке багажа и самолётов в аэропорту, доставив в Египет несколько десятков специалистов. Однако были потрачены значительные бюджетные средства для вывоза людей силами МЧС, причём сделано это было так, что свой багаж пассажиры не могли получить неделями. Зато можно было отрапортовать: цель достигнута.

Или взглянем на ситуацию с Турцией: из-за эмбарго на фрукты и овощи, введённого, замечу, с 2016 г., в 2015-м останавливается производство холодильников и бытовой техники, так как таможня не пропускает в страну турецкие комплектующие. Я думаю, что такими постепенно будут становиться все действия власти – главное показать «мобилизационное» рвение, а результат неважен. Вряд ли такой подход сочетается с возвратом к экономическому росту.

Наконец, мобилизационная экономика практически всегда показушна и лжива. Чем больше население будет привыкать к мобилизации, тем меньше будет спроса с властей. Мобилизационная система всегда предполагает наличие врага – а, значит, «компетентные» органы будут решать, что можно знать людям, а чего нельзя.

Эта линия проявляется в последние годы весьма отчетливо: сегодня более 25% расходов федерального бюджета уже проводятся по «секретным» и «строго секретным» статьям, и подобная доля в перспективе будет только расти. Разумеется, никто не потребует подробного отчёта по этим тратам, как никто не призовёт чиновников к ответу в случае, если выявится их неэффективность. А для того, чтобы «нужные» статьи расходов увеличивались и далее, мы будем постоянно слышать о новых угрозах, о героически предотвращённых терактах, о небывало современном оружии и т.д. – но при этом сталкиваться с сокращающимися социальными расходами, умирающими на порогах поликлиник стариками и – разумеется – с «заказанными известными лицами» материалами о связях на деле кристалльно честных и ответственных высокопоставленных кремлёвских чиновников с организованной преступностью.

Задача в том, чтобы общество оцепенело от страха и неуверенности и позволило «начальству» эксплуатировать и грабить себя так, как тому будет удобно

Мобилизационная экономика формируется как следствие мобилизационной политики – и является её основной целью. Вселять в общество ощущение угрозы и окружённости врагами, не является самоцелью для власти. Её задача состоит в том, чтобы общество оцепенело от страха и неуверенности в собственных силах – и, как следствие, позволило «начальству» эксплуатировать и грабить себя так, как тому будет удобно.

Судя по всему, пока Кремль успешно добивается своей цели – и вопрос состоит теперь только в том, сколько времени успешно разрушаемая экономика будет продуцировать достаточно денег для того, чтобы удовлетворять аппетиты всё менее эффективного «менеджмента»…

Владислав Иноземцев

https://slon.ru/posts/61291

Комментарии отключены.
Home Новости Новости «Комитета-101» Растущие аппетиты. Можно ли грабить сломанную экономику