Facebook Twitter RSS
formats

Показ денег населению

1 апреля по традиции начинается кампания по публикации сведений о доходах и имуществе высших чиновников. До 30 апреля “раскрыться” должны и “слуги народа”. Это будет третья по счету кампания декларирования, по итогам которой должны быть сделаны серьезные выводы в отношении живущих не по средствам госслужащих.

Первый, “экспериментальный” опыт подачи деклараций прошел два года назад и вызвал преимущественно иронические усмешки. Второй заход, ставший уже обязательным для госслужащих, привел к отставкам и уголовным делам, правда, единичным. По результатам декларирования доходов за 2010 год число отставников может резко увеличиться.

Декларации должны быть не только сданы, но и обнародованы. Крайний срок – 15 мая. На федеральном уровне, как правило, первыми в открытом доступе появляются сведения о доходах и имуществе президента. Обычно это было в первых числах апреля. Источники “Известий” в администрации президента сообщили, что в этом году будет так же – “декларацию обнародуют в ближайшее время – через одну, максимум две недели”. После президента сведениями о своих доходах делятся и все остальные чиновники.

Обнародовать декларации можно и раньше, сразу после Нового года. По такому пути в этом году решили пойти главы регионов. Всех опередил руководитель Орловской области Александр Козлов – он выложил свои данные еще в январе. Доходы – в рамках стандартных губернаторских, 3,4 миллиона рублей за год, короткий перечень имущества (включая личную баню и снегоход). В последние дни марта “выстрелили” и еще несколько региональных лидеров: Николай Дудов (Магаданская область), Валерий Сердюков (Ленинградская область), Евгений Савченко (Белгородская область), Вячеслав Гайзер (Республика Коми), Александр Ткачев (Краснодарский край). Причем последний оказался самым “бедным” – за прошлый год он заработал всего 1,6 миллиона рублей.

Проверка для проверяющих

Подаваемые декларации вызывают массу сомнений. Так будет и в этом году. Но эти сомнения в большинстве случаев остаются просто сотрясанием воздуха – в нарушениях уличают, как правило, муниципальных служащих и чиновников низшего звена. Да и нарушения эти носят в основном формальный характер.

На более высокопоставленных сотрудников “покушаются” чрезвычайно редко. Дело в том, что инициировать серьезную проверку могут либо сами государственные органы (а они не слишком заинтересованы в том, чтобы выносить сор из избы), либо кто-то из четко установленного списка “сторонних” лиц – руководители политических партий и всероссийских общественных объединений, Общественная палата.

Пока из всех возможных “общественников” этим правом пользуется только партия “Яблоко”. Почему остальные не спешат использовать предоставленные им законом рычаги?

– Не исключено, что они опасаются сами стать объектами таких расследований, – говорит лидер “Яблока” Сергей Митрохин. – Кроме того, есть своеобразная круговая порука, когда люди не хотят с кем-то поссориться, вызвать у кого-то негативное к себе отношение. Для примера: я после первых запросов подвергся буквально телефонной атаке со стороны некоторых депутатов Госдумы. Это, конечно, вещь не очень приятная, может, кто-то ее и опасной считает для своего положения во власти.

Первые запросы партии “Яблоко” касались как раз думцев, причем из разных фракций (в их числе был и ныне объявленный в розыск Ашот Егиазарян, представлявший ЛДПР). Смысл же ответов, полученных Митрохиным в том числе и из кремлевской администрации, сводился к следующему: президентские указы регламентируют то, как должны проверяться декларации госчиновников, а депутаты к таковым не относятся. При этом в Кремле пообещали законодательный пробел закрыть.

Есть и еще некоторые “дыры”.

– У нас на самом деле члены правительства ничего не декларируют, потому что закона о правительстве нет, – говорит Кирилл Кабанов, председатель Национального антикоррупционного комитета. – Они, предоставляя сведения, просто проявляют свою добрую волю. И это хорошо. Но если нет закона – то нет и ответственности.

Падение с доходов

Впрочем, в том, что касается больших чинов, исключения все же есть. Самое показательное из них – генерал-майор Виктор Гайдуков, уволенный в сентябре прошлого года лично президентом. Причем формулировка в указе звучала так: “за предоставление ложных сведений об имуществе и доходах”. Цепочка, начатая с обнаруженных в ходе проверки декларации нарушений, в итоге довела генерал-майора до уголовного дела по обвинению в хищении 20 миллионов государственных рублей.

Но на этом, собственно, и все.

– Стало окончательно ясно, что декларирование без контроля – абсолютно бессмысленное занятие. Если просто вывешивать декларации в интернете, которые никто не проверяет, то можно этим вовсе и не заниматься, – говорит Елена Панфилова, гендиректор Центра антикоррупционных исследований и инициатив “Трансперенси Интернешнл”. – Контроль в прошлом году должен был быть серьезным, но таковым не стал до того момента, пока не были даны прямые и ясные сигналы с самого политического верха.

Ситуация эта Дмитрия Медведева – как главного инициатора всей декларационной кампании – действительно не устраивает. О чем он и говорил в начале года на заседании Совета по противодействию коррупции, поручив Генпрокуратуре и налоговикам в трехмесячный срок проверить поданные декларации. Притом что изначально о тотальной проверке никто и не думал – для того чтобы изучить достоверность сведений, предоставленных армией чиновников, нужна примерно такая же армия контролеров. Тем не менее Генпрокуратура взялась за дело и уже обнаружила 41 тысячу нарушений, допущенных служащими всех уровней. Как доложил в начале этой недели президенту генпрокурор Юрий Чайка, “по некоторым фактам уже возбуждены уголовные дела”. Но сказал он это, резюмируя число нарушений, обнаруженных при проверке деклараций в Вооруженных силах. То есть не исключено, что речь все о том же Гайдукове.

Что же касается остальных выявленных нарушений, то вот типовой их пример: уже после данного президентом поручения прокурор Брянска обнаружил, что заместитель мэра города Владимир Воронин не указал в декларации принадлежащий ему жилой дом в селе Вщиж. Прокурор направил представление главе города, о чем доложил в Москву, этим история и закончилась. Не увольнять же, в самом деле, за Вщиж...

“Придется посадить всех...”

Отставки и уголовные дела – безусловно, отнюдь не самоцель идеи обнародования деклараций. Но и совсем без них она тоже теряет смысл – кнут должен быть. Россия, подписав Конвенцию ООН против коррупции, не приняла лишь одну статью из нее – под номером 20. Эта статья вводит понятие “незаконное обогащение” и предполагает, что такой же термин должен появиться в уголовном законодательстве присоединившихся к конвенции стран. У нас такой статьи в УК нет. То есть, условно говоря, наличие загородного дворца у человека, всю жизнь работающего на госслужбе, не может быть поводом для начала расследования.

Что мешает принять 20-ю статью?

– Я слышал прямой ответ на этот вопрос: если эту статью подписать, то придется посадить всех, – говорит Митрохин. – Ответ очень откровенный и в общем-то верный.

Тем не менее эксперты ждут от начавшейся декларационной кампании прогресса.

– Наше общество, по крайней мере его активная часть, уже готово участвовать в процессе контроля, и это очень полезно, – считает Кабанов. – Появилась какая-то наработанная база, которая дает основания для выводов, и это тоже польза. – Я могу гарантировать только одно: будет очень серьезный контроль со стороны гражданского общества, – говорит Панфилова. – Число структур, которые инициируют проверки, ограниченно, но, думаю, при сколько-нибудь значимом количестве обращений с требованием проверок, поступивших непосредственно в Совет по противодействию коррупции, отвертеться от необходимости инициировать их будет невозможно.

Источник: Известия

Комментарии отключены.
Home АКТУАЛЬНО !!! Показ денег населению