Facebook Twitter RSS
formats

Где вы были 19 августа?!

Дмитрий Головин:…Я помню этот день, как будто он был вчера. Было солнечно и по-августовски нежарко с утра. Лето догорало запахами нагретых солнцем тополей. Утренний воздух был прозрачен и тих.
Проснувшись, я позвонил своему другу Борису – мне давно пора было поставить дециметровую приставку к телевизору, чтобы наконец начать смотреть «4 канал» и «АСВ», вещавшие на дециметровых волнах, а Боря знал, как это сделать и сам уже давно наслаждался дециметровым телевидением. – А зачем тебе? – со странным смешком спросил он. – Как зачем?! – не понял я, – Четвёртый канал смотреть, конечно! – Ха! По всем каналам «Лебединое озеро» идёт. В стране – путч! Горбачёв арестован! В Москве танки! Включи телик!
Борис был моим одноклассником – я работал в кооперативе, который он возглавлял. Путч ставил жирный крест на наших жизненных планах – резко и без объявления войны. Вероломно, как Германия в 41-м.
Как потом рассказывала подругам жена: «…Головин вдруг покраснел и прыгнул через кровать к телевизору – я даже испугалась». А я тогда взбесился, чего скрывать. Я же помнил, что такое путч – в сентябре 1973 года путч случился в далёкой Чили. На улицы Сантьяго вышли танки, стрелявшие прямой наводкой по президентскому дворцу. Президент был убит в бою, прошла волна арестов – людей свозили на стадион (почему именно на стадион? – ломал я свой неокрепший мозг), в числе прочих были арестованы глава Компартии Чили Луис Корвалан и поэт Виктор О.Хара, которому сломали пальцы и убили – прямо там, на стадионе. Генерал Августо Пиночет выступил по телевизору, поблёскивая солнцезащитными очками, скрывающими глаза убийцы с выступлением на тему «здесь вам не тут». Луиса Корвалана обменяли потом на Буковского, Пиночет провёл капиталистические реформы – но это было много позже. А я, тогда ребёнок, запомнил навсегда слово «путч» и страшных солдат в солнцезащитных очках – как будто это была часть их обмундирования, – арестовывавших и расстреливающих людей. Мы, дети, тогда не понимали, как это – стрелять по своим? Наверное, это наёмники – у них же капитализм, всё делается за деньги…
И все «присели», потому что ждали примерно такого же, как в Чили. Горбачёва сейчас арестуют, Ельцина убьют – в бою или нет, уже другой вопрос, но – точно убьют. После него начнут арестовывать кооператоров и брокеров, разгонят все эти «Межрегиональные депутатские группы», «Творческие мастерские» и «Молодёжные центры». Заставят Родину, мля, любить – кровь из носу. А что кровь будет – мы в своём кооперативе не сомневались. Ждали арестов.
«Демократы» из рай-, гор- и облисполкомов тут же «потерялись», выжидая, чья возьмёт. Они все резко заболели, ушли в отпуск, в отгул, в щели и складки естественного рельефа местности – пересидеть, переждать, «превратиться в пейзаж, в топоним». Было реально страшно.
Со страхом боролись методом Окуджавы – «Возьмёмся за руки, друзья, чтоб не пропасть поодиночке» – водку вечером 19 августа мы пили всем коллективом при включённом радио. Прикидывали, у кого есть какое оружие – уходить в леса. Я с тоской думал, что не «наелся» семейной жизни – женился двумя месяцами раньше. А воевать придётся.
В каком-то иностранном журнале месяцем раньше я видел карикатуру: медведь с изумлённо – потерянной мордой и надписью на пузе «Russia» прижимал к груди гигантский тюбик, по виду – зубной пасты, откуда лезла выдавленная колбаска. На тюбике красовалась надпись «Freedom» (Свобода). Свободу легче дать, чем отобрать – паста обратно в тюбик не выдавливается.
Но по телевизору и радио передавали успокаивающие новости: ГКЧП приказал, выступил, обратился, представители выехали на переговоры… Они боялись пуще нашего. К исходу вторых суток стало ясно, что у них кишка тонка – воевать и убивать. Да и людей таких уже не было. Они пытались договориться – вот вам, граждане, обратно развитой социализм (с пустыми прилавками, спесью партноменклатуры, кормлением нацокраин, раздутой оборонкой, цензурой, закрытыми границами) – полезайте взад. Или в зад. Наденьте это ярмо добровольно – ну что вам стоит, а? А мы ещё посидим, поправим вами. Ведь маразм социализма – это так привычно и уютно. Был ещё страх, что с ними согласится Горбачёв, имеющий в руках реальные рычаги власти. Но он тоже намылил глаз и всё повторял, что надо сохранить Союз, подписать новый договор, углУбить и продолжить…
На хрен их всех!
Был внятный Ельцин, вещающий с танка – и страна пошла за ним. Потому что – мужик. Который сказал – сделал. А не боялся в углу, не выжидал, чья возьмёт. Который, как тараном, проделал для нас проход к лучшей жизни, к свободе и демократии.
Что, говорите, мы пришли не туда? И у нас нет ни свободы, ни демократии? Так и есть. Те «серые», что проиграли тогда, в 91-м, прокрались к власти, откусили постепенно по кусочкам все наши свободы под разговоры про «укрепление суверенной демократии». И сейчас доедают страну. А мы смотрим на это, как зрители в театре из партера – позёвывая и шурша программками. За прошедшие 20 лет эта страна стала нам чужой и обрыдлой – вряд ли мы пойдём за неё в леса и на баррикады – в лесах «Ашана» нет. И на баррикадах не кормят.
19 августа 1991 года я был ещё вместе со страной.

Комментарии отключены.
Home Новости Новости «Комитета-101» Где вы были 19 августа?!